Ольга Мельникова.
Приют во время страды
В 1896 году в Александро-Чемесовскую богадельню города Казани была помещена 25-летняя дворянка Ольга Александровна Мельникова. Ее приняли в качестве призреваемой на основании пункта 10 Устава богадельни «как расслабленную с детства и неспособную к личному труду». Такая формулировка означала, что человек, вследствие врожденной болезни или родовой травмы, не мог обслуживать себя в быту и нуждался в посторонней помощи и уходе.
Несмотря на наличие серьезного диагноза, Ольга старалась вести активную социальную жизнь и за несколько лет до помещения в богадельню даже организовала детский приют в селе Нижняя Серда Лаишевского уезда, где у Мельниковых находилось имение.
🕰 Ольга родилась в 1871 году в семье мирового судьи Александра Михайловича Мельникова и его жены Софьи Николаевны. Дед Ольги — Михаил Иванович Мельников — был математиком, преподавателем в Казанском Императорском университете, а родной дядя — Николай Михайлович Мельников — известным зоологом, профессором, заведующим зоологическим музеем при том же университете. Дядя был женат на дворянке Александре Александровне Евсевьевой, чье родовое имение находилось в Пановке, в 12 км от Нижней Серды.
Ольге было всего 10 лет, когда в 1881 году умерла сначала ее мать, а спустя полгода — и один из братьев в возрасте 12 лет. Отец больше не женился и воспитывал семерых детей один. Он прослужил участковым и почетным мировым судьей в ведомстве Министерства юстиции около 25 лет, затем перешел в земство, где был членом губернской земской управы в течение 4,5 лет.
Две большие семьи братьев Александра и Николая Мельниковых много времени проводили в Нижней Серде: здесь на средства двух поколений Мельниковых было открыто земское училище, построен дом для него, квартира для учителя, затем открыты ремесленные классы.
⚡ В 1891 году Ольге было 20 лет. Осенью этого года случился масштабный продовольственный кризис, который охватил обширную зону Поволжья и Приуралья. В Нижней Серде, как и в тысячах других сел и деревень, наступил голод.
Землевладельцы из дворян, содержащие свои имения в селах, старались оказать посильную помощь крестьянам. Кроме того, из Санкт-Петербурга в Серду приехала известная благотворительница, баронесса Варвара Ивановна Икскуль фон Гильденбанд, которая организовала сбор средств для помощи голодающим и открыла в селе временную бесплатную столовую. Ее пребывание в Серде совпало с эпидемией оспы, в результате чего она тоже заразилась, ухаживая за больными, и с трудом смогла преодолеть болезнь.
Несмотря на наличие серьезного диагноза, Ольга старалась вести активную социальную жизнь и за несколько лет до помещения в богадельню даже организовала детский приют в селе Нижняя Серда Лаишевского уезда, где у Мельниковых находилось имение.
🕰 Ольга родилась в 1871 году в семье мирового судьи Александра Михайловича Мельникова и его жены Софьи Николаевны. Дед Ольги — Михаил Иванович Мельников — был математиком, преподавателем в Казанском Императорском университете, а родной дядя — Николай Михайлович Мельников — известным зоологом, профессором, заведующим зоологическим музеем при том же университете. Дядя был женат на дворянке Александре Александровне Евсевьевой, чье родовое имение находилось в Пановке, в 12 км от Нижней Серды.
Ольге было всего 10 лет, когда в 1881 году умерла сначала ее мать, а спустя полгода — и один из братьев в возрасте 12 лет. Отец больше не женился и воспитывал семерых детей один. Он прослужил участковым и почетным мировым судьей в ведомстве Министерства юстиции около 25 лет, затем перешел в земство, где был членом губернской земской управы в течение 4,5 лет.
Две большие семьи братьев Александра и Николая Мельниковых много времени проводили в Нижней Серде: здесь на средства двух поколений Мельниковых было открыто земское училище, построен дом для него, квартира для учителя, затем открыты ремесленные классы.
⚡ В 1891 году Ольге было 20 лет. Осенью этого года случился масштабный продовольственный кризис, который охватил обширную зону Поволжья и Приуралья. В Нижней Серде, как и в тысячах других сел и деревень, наступил голод.
Землевладельцы из дворян, содержащие свои имения в селах, старались оказать посильную помощь крестьянам. Кроме того, из Санкт-Петербурга в Серду приехала известная благотворительница, баронесса Варвара Ивановна Икскуль фон Гильденбанд, которая организовала сбор средств для помощи голодающим и открыла в селе временную бесплатную столовую. Ее пребывание в Серде совпало с эпидемией оспы, в результате чего она тоже заразилась, ухаживая за больными, и с трудом смогла преодолеть болезнь.
На иллюстрации: баронесса Икскуль. Фототипия с картины И.Репина «Дама в красном платье» (портрет В. И. Икскуль фон Гильденбанд), 1889.
Юная Ольга Мельникова стала ей помощницей — она сначала работала в столовой на раздаче еды, затем присматривала за маленькими детьми, чьи родители уходили на полевые работы. Вот что позже Ольга напишет в своем прошении:
📜 «Посещая каждый день столовую и встречаясь с крестьянами, я старалась войти в их положение и прийти им на помощь. Всмотревшись в их жизнь, я заметила, что во время страды, когда все взрослые на работе, дети, брошенные без присмотра, часто шалят огнём и результатом иногда бывают пожары. Кроме того, грудные дети, оставленные на 7-8-летних девочек, нередко остаются голодными и от плохого присмотра умирают. Видя всё это, я решилась облегчить чем-нибудь участь детей. В тот же год я открыла приют при селе Серде, куда матери приносили по утрам детей и сами шли на работу. Возвращаясь с работы, матери вечером заходили за детьми и, находя их здоровыми и веселыми, благодарили меня».
После отъезда баронессы Икскуль средства на этот приют в 1892 и 1893 годах стала выделять благотворительница Гангардт (напомним, она также принимала участие в строительстве Пановской земской больницы). Перед глазами Ольги был пример двух сильных, деятельных женщин, которые не боялись трудностей.
📜 «Результат этой помощи, — пишет далее Ольга, — получился блистательным. Не было ни одного заболевания и, конечно, ни одного смертного случая. На наём помещения, нянек и на содержание детей у меня вышло в продолжение шести недель, т.е. в продолжение всей страды, 25 руб. на 30 человек. Грудных детей я поила молоком, кормила манной кашей и давала тюрку из белого хлеба, подросткам же давала по куску черного хлеба и варила кашицу. Иногда я находила возможным разнообразить их пищу творогом и молочной кашей».
В январе 1894 года Ольга обратилась к казанскому губернатору с ходатайством об оказании материальной поддержки приюту. Губернатор перенаправил обращение в Лаишевскую земскую управу, которая, в свою очередь, поручила члену управы С.М. Палицыну ознакомиться с деятельностью приюта и составить отчет. Помимо других сведений Палицын указал в нем, что во время страды количество детей для дневного призора доходит до 20 человек в день, в возрасте от 3 дней до 8 лет; к уходу за ними приглашаются 2 няньки-старухи с платой по 3 рубля каждой за страду; на найм избы уходит 1 рубль за страду. В заключении он добавил, что приют заслуживает полного внимания земства:
🖊 «Хотя Нижне-Сердинский приют и представляет единственный пример с очень ограниченным районом действия, тем не менее управа полагала бы возможным прийти ему на помощь материальным пособием в размере 25 рублей. При поддержке земства, может быть, хороший пример нашел бы подражателей и нашлись бы лица, которые бы приняли на себя устройство нескольких подобных приютов и наблюдение за ними».
Лаишевским земским собранием от 6 октября 1894 года было утверждено регулярное пособие на приют из средств земства в размере 25 рублей. В следующем году сумма была увеличена до 40 рублей.
А уже на заседании земского собрания 7 октября 1897 года было постановлено: пособие на содержание Нижне-Сердинского приюта для малолетних детей из сметы исключить на том основании, что учредительница приюта госпожа Мельникова в с. Нижней Серде больше не живет.
⏳ Вероятно, в 1896 году болезнь Ольги начала прогрессировать — она была вынуждена отказаться от поддержания дальнейшей работы приюта и переехать в богадельню. Поскольку пособие убрали из земского бюджета, поддерживать работу приюта стало некому, и он прекратил свое существование.
Ежегодно в земские собрания всех уездов поступали прошения о пожертвовании от различных учреждений призрения г. Казани. На эти пожертвования тратилась часть средств земских бюджетов, однако, суммы были чисто символическими.
Брат Ольги, известный земский деятель Николай Александрович Мельников, впоследствии в своих воспоминаниях напишет:
✏ «Отдел общественного призрения не пользовался среди нас особыми симпатиями [...]. Почему так? Лечить больных и умалишенных, призревать несчастных детей и стариков — необходимое и доброе дело. Об этом, конечно, никто и не спорил, причина сдержанного отношения лежала вне этой стороны вопроса. Больным его местом было то, что все учреждения отдела, за исключением фельдшерской и учительской школ, обслуживали почти исключительно нужды города Казани. Земские сборы с имуществ Казань платила Казанскому уездному земству. Выходило так, что нужды Казани оплачивают все уезды, а сборы с ее имуществ получает один только Казанский».
Вероятно, одной из причин того, что Ольга оказалась в богадельне, стала болезнь ее отца Александра Михайловича, вышедшего в отставку. И хотя формально он оставил земскую службу по своему прошению, а не по болезни, в последние годы его состояние ухудшилось. На это также повлияла внезапная смерть его старшего сына (земского ветеринара) в 1894 году, в возрасте 28 лет от чахотки.
10 декабря 1896 года губернское собрание рассмотрело ходатайство Александра Михайловича Мельникова о назначении ему постоянной пенсии, в котором он указывал, что болен и находится в крайне стесненном материальном положении. На время продолжительных прений его брат, гласный собрания Н.М. Мельников, покинул зал. Прошение о пенсии было отклонено, принято решение о единовременной выплате 300 рублей в 1897 году.
🕯 Александр Михайлович умер спустя 1,5 месяца, 29 января 1897 года, в возрасте 59 лет, «от паралича», без напутствия — как указал священник; это означало, что его состояние было крайне тяжелым. Он был погребен в церковной ограде Преображенской церкви села Серды.
На тот момент из четырех братьев Ольги двое уже имели свои семьи, а двое других были слишком юны, чтобы заботиться о старшей больной сестре. Младшая сестра Ольги, Мария, получала скромное пособие от Дворянского собрания.
Сама Ольга скончалась 4 декабря 1907 года, в возрасте 32 лет от «воспаления мозгов» и была похоронена на приходском кладбище села Серды.
Источники:
• ГАРТ Ф.1 О.3 Д.9456;
• Отчеты Лаишевской земской управы и постановления Лаишевских земских собраний за 1891-1897 гг.;
• Постановления Казанского губернского собрания 3-22 декабря 1896 г.;
• Отчет Казанского губернского предводителя дворянства по исполнению постановлений Губернского Дворянского собрания, бывшего в январе 1896 года;
• Мельников Н.А. 19 лет на земской службе.
📜 «Посещая каждый день столовую и встречаясь с крестьянами, я старалась войти в их положение и прийти им на помощь. Всмотревшись в их жизнь, я заметила, что во время страды, когда все взрослые на работе, дети, брошенные без присмотра, часто шалят огнём и результатом иногда бывают пожары. Кроме того, грудные дети, оставленные на 7-8-летних девочек, нередко остаются голодными и от плохого присмотра умирают. Видя всё это, я решилась облегчить чем-нибудь участь детей. В тот же год я открыла приют при селе Серде, куда матери приносили по утрам детей и сами шли на работу. Возвращаясь с работы, матери вечером заходили за детьми и, находя их здоровыми и веселыми, благодарили меня».
После отъезда баронессы Икскуль средства на этот приют в 1892 и 1893 годах стала выделять благотворительница Гангардт (напомним, она также принимала участие в строительстве Пановской земской больницы). Перед глазами Ольги был пример двух сильных, деятельных женщин, которые не боялись трудностей.
📜 «Результат этой помощи, — пишет далее Ольга, — получился блистательным. Не было ни одного заболевания и, конечно, ни одного смертного случая. На наём помещения, нянек и на содержание детей у меня вышло в продолжение шести недель, т.е. в продолжение всей страды, 25 руб. на 30 человек. Грудных детей я поила молоком, кормила манной кашей и давала тюрку из белого хлеба, подросткам же давала по куску черного хлеба и варила кашицу. Иногда я находила возможным разнообразить их пищу творогом и молочной кашей».
В январе 1894 года Ольга обратилась к казанскому губернатору с ходатайством об оказании материальной поддержки приюту. Губернатор перенаправил обращение в Лаишевскую земскую управу, которая, в свою очередь, поручила члену управы С.М. Палицыну ознакомиться с деятельностью приюта и составить отчет. Помимо других сведений Палицын указал в нем, что во время страды количество детей для дневного призора доходит до 20 человек в день, в возрасте от 3 дней до 8 лет; к уходу за ними приглашаются 2 няньки-старухи с платой по 3 рубля каждой за страду; на найм избы уходит 1 рубль за страду. В заключении он добавил, что приют заслуживает полного внимания земства:
🖊 «Хотя Нижне-Сердинский приют и представляет единственный пример с очень ограниченным районом действия, тем не менее управа полагала бы возможным прийти ему на помощь материальным пособием в размере 25 рублей. При поддержке земства, может быть, хороший пример нашел бы подражателей и нашлись бы лица, которые бы приняли на себя устройство нескольких подобных приютов и наблюдение за ними».
Лаишевским земским собранием от 6 октября 1894 года было утверждено регулярное пособие на приют из средств земства в размере 25 рублей. В следующем году сумма была увеличена до 40 рублей.
А уже на заседании земского собрания 7 октября 1897 года было постановлено: пособие на содержание Нижне-Сердинского приюта для малолетних детей из сметы исключить на том основании, что учредительница приюта госпожа Мельникова в с. Нижней Серде больше не живет.
⏳ Вероятно, в 1896 году болезнь Ольги начала прогрессировать — она была вынуждена отказаться от поддержания дальнейшей работы приюта и переехать в богадельню. Поскольку пособие убрали из земского бюджета, поддерживать работу приюта стало некому, и он прекратил свое существование.
Ежегодно в земские собрания всех уездов поступали прошения о пожертвовании от различных учреждений призрения г. Казани. На эти пожертвования тратилась часть средств земских бюджетов, однако, суммы были чисто символическими.
Брат Ольги, известный земский деятель Николай Александрович Мельников, впоследствии в своих воспоминаниях напишет:
✏ «Отдел общественного призрения не пользовался среди нас особыми симпатиями [...]. Почему так? Лечить больных и умалишенных, призревать несчастных детей и стариков — необходимое и доброе дело. Об этом, конечно, никто и не спорил, причина сдержанного отношения лежала вне этой стороны вопроса. Больным его местом было то, что все учреждения отдела, за исключением фельдшерской и учительской школ, обслуживали почти исключительно нужды города Казани. Земские сборы с имуществ Казань платила Казанскому уездному земству. Выходило так, что нужды Казани оплачивают все уезды, а сборы с ее имуществ получает один только Казанский».
Вероятно, одной из причин того, что Ольга оказалась в богадельне, стала болезнь ее отца Александра Михайловича, вышедшего в отставку. И хотя формально он оставил земскую службу по своему прошению, а не по болезни, в последние годы его состояние ухудшилось. На это также повлияла внезапная смерть его старшего сына (земского ветеринара) в 1894 году, в возрасте 28 лет от чахотки.
10 декабря 1896 года губернское собрание рассмотрело ходатайство Александра Михайловича Мельникова о назначении ему постоянной пенсии, в котором он указывал, что болен и находится в крайне стесненном материальном положении. На время продолжительных прений его брат, гласный собрания Н.М. Мельников, покинул зал. Прошение о пенсии было отклонено, принято решение о единовременной выплате 300 рублей в 1897 году.
🕯 Александр Михайлович умер спустя 1,5 месяца, 29 января 1897 года, в возрасте 59 лет, «от паралича», без напутствия — как указал священник; это означало, что его состояние было крайне тяжелым. Он был погребен в церковной ограде Преображенской церкви села Серды.
На тот момент из четырех братьев Ольги двое уже имели свои семьи, а двое других были слишком юны, чтобы заботиться о старшей больной сестре. Младшая сестра Ольги, Мария, получала скромное пособие от Дворянского собрания.
Сама Ольга скончалась 4 декабря 1907 года, в возрасте 32 лет от «воспаления мозгов» и была похоронена на приходском кладбище села Серды.
Источники:
• ГАРТ Ф.1 О.3 Д.9456;
• Отчеты Лаишевской земской управы и постановления Лаишевских земских собраний за 1891-1897 гг.;
• Постановления Казанского губернского собрания 3-22 декабря 1896 г.;
• Отчет Казанского губернского предводителя дворянства по исполнению постановлений Губернского Дворянского собрания, бывшего в январе 1896 года;
• Мельников Н.А. 19 лет на земской службе.
Читать другие статьи
