В 1900 году в Казани открылся приют Общества защиты несчастных женщин, куда могли обратиться женщины, попавшие в трудную жизненную ситуацию. Приют имел целью вернуть в социум тех, кто попал в дома терпимости, а также оказывал помощь всем девушкам и женщинам, нуждавшимся в работе.
Вопреки расхожему мнению, в этом приюте находились не только проститутки, но и обычные крестьянки, мещанки, дочери купцов и даже дворянки, оказавшиеся в долгах.
Прочитаем 26 кратких историй женщин, которые попали в приют - возможно, вы узнаете кого-то из них. Имена обозначены инициалами.
⚡
О. Р., дочь чиновника, из Самарской губернии, 19 лет. На седьмом году лишилась отца; обучалась в первых классах гимназии. Служила бонной. Летом 1900 года поступила в Самаре в концертную группу Алякринского, с труппой приехала в Казань. Встретившись лицом к лицу с опасностью, которая угрожала молодой девушке, служившей в "цыганском хоре", обратилась к помощи Общества. Помещена в приют; обучается студентами духовной академии к экзамену на сельскую учительницу. В марте захворала рожей, экзамены пришлось отложить до осени. Для поправления здоровья поступила на лето на место и уехала в деревню. В конце июля вернулась в приют, в ноябре сдала экзамены, получив свидетельство на звание сельской учительницы. 15 ноября отправлена в г. Бузулук Самарской губернии к матери. Получила место сельской учительницы.
⚡
А. М., дочь бывшего купца из Перми, 24 года. Приехала в Казань для приискания места; не имея средств к жизни, обратилась к Обществу с просьбой дать временный приют и помочь найти работу. Сперва определялась кассиршей, затем в типографию. 3 месяца спустя просила отправить ее в Пермь; оттуда прислала благодарственное письмо председателю, сообщая, что удалось хорошо устроиться в местной типографии.
⚡
Ф. А., мещанка г. Казани, 25 лет. Восьми лет осталась круглой сиротой, до 16 лет находилась на воспитании; за малую трудоспособность с девочкой обращались дурно, часто били. С 16 лет служила на Алафузовском заводе, откуда, по уговору подруги, поступила в дом терпимости, где оставалось на протяжении семи лет. Сифилисом была больная настолько сильно, что считает уколы тысячами. В приюте с 4 января 1901 года; одновременно с тем ходит работать поденно на завод Алафузова. По сведениям, собранным о ней, по-видимому, не оставляла своей прежней жизни, уходя на работу. 7 марта самовольно ушла из приюта и поселилась на квартире.
⚡
М. М., мещанка г. Уфы, 20 лет. Родители магометане, живы. В 18 лет приняла святое крещение, и с тех пор жида у крестной матери. Летом 1900 года крестная мать умерла. Со знакомой приехала в Казань, где оказалась без крова. Принята в приют и помещена в школу Л.И. Шумковой для обучения кройке. В декабре оставила приют и впоследствии уехала на родину.
⚡
М. Т., 41 год, казанская мещанка, девица, православная, малограмотная. Служила хористкой в Тифлисе и в Казани в Панаевскому саду. Познакомилась с полковником Ш. и жила с ним 12 лет, имела от него шестерых детей, из которых жив только один сын 12 лет, болезненный вследствие туберкулеза ноги, учится в городском училище. С переводом на службу в Западный край, полковник переписывался с нею и высылал ей время от времени деньги в размере от 5 до 30 рублей, но впоследствии отказался не только оказывать ей помощь, но и признавать сына. С ней сделались нервные припадки, вследствие чего она оставила службу в театре. По совету знакомых подала жалобу на Ш. в Варшавский окружный суд, но в прошение вкралась ошибка в летах мальчика, которому было показано 22 года, и суд отказал ей в иске. Подала апелляцию. Помещена вместе с сыном в приют 14 июня, при чем немедленно были внесены проценты за некоторые заложенные ею вещи. Страдает сильными нервными припадками. Обществу удалось доставить ей бесплатное лечение электричеством в водолечебнице доктора Клячкина. В приюте занимается швейными работами. Капризна, заносчива, самолюбива, постоянно ссорится с призреваемыми.
⚡
В. К., 23 года, казанская мещанка, русская, девица, воспитанница сиротского дома, родителей не знает. Грамотная, обучалась в корсетном заведении Хшановского, затем работала в мастерской Лучинец. Год назад сошлась с молодым человеком, кондитером, и прижила с ним ребенка, вследствие чего лишилась места. По выходе из сиротского дома, располагая небольшой суммой денег, взяла у фирмы Зингер и Ко швейную машину за 72 рубля с условием выплачивать по 3 рубля в месяц. В первый год выплачивала аккуратно, но затем лишилась места и захворала. Когда ей оставалось уплатить 23 рубля, компания Зингер подала иск к мировому судье в Самаре, и заочным решением она была приговорена к уплате 28 рублей, включая и судебные издержки. Не имея средств к уплате долга, также и заработка, она обратилась к Обществу с просьбой помочь. Переговоры членов общества с представителем фирмы Зингер привели к соглашению дозволить ей уплачивать остающийся долг по 2 рубля в месяц. Вместе со своей 10-месячной дочерью она принята в приют 22 ноября и работает в швейной мастерской. Часто ссорится с призреваемыми, нередко отказывается от исполнения домашних работ под разными предлогами, груба и дерзка.
⚡
М. П., потомственная почетная гражданка, 36 лет. Отец занимается письмоводством у станового пристава. Сама служила в земстве оспопрививательницей. 27 июня принята в приют в виду безвыходного положения. Оказалась нетрудоспособной. Помещалась в типографию - ушла, предполагали занять швейной работой - не ужилась. В сентябре отправлена в Самару.
⚡
Е.Б., крестьянка Казанской губернии, 23 года. Родители живы. Ушла в Казань на заработки, здесь на 15 году вступила в связь со студентом, от последнего имела ребенка. Брошенная студентом, стала заниматься сперва тайной проституцией, затем поступила в дом терпимости, где жила шесть лет. Сифилисом была больная сильно и несколько раз. По своему желанию пришла в приют 4 января 1901 года; в конце января определена на место.
⚡
А. А., черемиска, 21 год. Родителей не помнит. Служила в Чебоксарах у богатого черемиса, сошлась с его сыном, вскоре забеременела, скрывала от всех свое положение и решилась уехать в Казань, где была обворована на квартире. В отчаянии хотела покончить с собой. Но придя в земскую больницу к врачу, она, между прочим, рассказала и о своем тяжелом безвыходном положении и была направлена в Общество. В приют помещена 2 октября, откуда уже 8 октября отправлена в Адмиралтейскую больницу, где разрешилась девочкой и вернулась с ней в приют. Кормит ребенка сама, любит его. Хотела вернуться на родину, где надеялась прокормиться, так как умеет шить, вязать, ткать, но за прекращением навигации ей пришлось зазимовать в Казани. Хотела работать на Алафузовском заводе поденщицей, но этому помещало слишком дальнее расстояние от приюта. Решено было дать ей работу в швейной мастерской Общества. В декабре помещена вместе с ребенком в земскую больницу из-за сыпи, появившейся на его теле.
⚡
Д. А., крестьянка Вятской губернии, 16 лет. Родители живы, при них оставалась до 14 лет. На 15-ом году вступила в связь с фармацевтом, обещавшим жениться. Узнав об этой связи, отец удалил дочь из дому. Уехала в Нижний Новгород, где женщиной, предложившей найти место, была направлена в дом терпимости. Из Нижнего перешла в дом терпимости в Казань. После двухкратных посещений дамы-члена Общества, явилась на квартиру к последней, прося помещения в приют. В приюте оставалась с 15 октября по 2 декабря, обучилась. Сифилитичка (по свидетельству врача, не представляет опасности заражения), физически мало развита. Определена горничной; хозяева довольны. Работала там 5 месяцев, добросовестно исполняя свои обязанности. Непривычная к усиленному труду, стала хворать, оставила место и вернулась в приют. В мае 1901 года помещена в земскую больницу (повторное заболевание, в июне выписана и через месяц поступила на место прислугой. В это время у нее появились хорошие платья, золотые вещи, белье, разные изящные мелочи, которые, по ее словам, сделал ей жених. Свадьба была назначена на август, но расстроилась из-за ревнивого характера жениха. Сама же она, вернув ему все вещи, просила снова принять ее в приют, где оставалась 2 недели, затем поступила на место. Часто посещает приют, просит совета о своих делах и благодарит за участие. Однако, особого доверия к себе не внушает; за ней производится негласное наблюдение.
⚡
Е. Л., 16 лет, крестьянка из г. Чистополя, православная, грамотная. Родители зажиточны, но отец завел вторую семью, пьет и бьет ее мать. Она приехала в Казань на заработки и, прочитав в газете о бюро при Обществе, прямо с парохода пришла записаться на место. Тотчас была послана на место, но не найдя адреса, вернулась и просила поместить ее в приют, так как города она не знает. Помещена в приют 26 сентября. Очень развитая, смышленая. Вскоре поступила на место, но через неделю вернулась в приют, так как была недовольна пищей и обращением хозяев. 20 ноября мать приехала за ней и забрала ее домой.
⚡
В. М., 20 лет, крестьянка Пензенской губернии, девица, окончила 3-классное училище. Мать умерла 8 лет назад, отец - около 2-х лет. Жили исправно. Нет ни братьев, ни сестер, только дальние родственники в деревне. Служила в Самаре сиделкой в больнице 2 года. В Казань приехала к отцу, находившемуся на излечении в Окружной больнице, потеряла все свои деньги, сильно бедствовала, ходила на поденные работы (мытье полов, стирку), ночевала в ночлежном доме. Принята в приют 2 февраля, где исполняла все домашние работы. Замечена в присвоении себе чужих вещей. 13 апреля поступила сиделкой в Окружную больницу; постоянно навещает приют.
⚡
М. Н., 14 лет, крестьянка Казанской губернии, неграмотная. Отец умер, мать с 12-летним сыном живет в деревне около Красной Горки. В бюро при Обществе опрошена дамой-членом; города совсем не знает, знакомых нет. Осталась без места по случаю отъезда господ, у которых жила из-за хлеба. Помещена в приют 12 ноября. По справкам оказалось, что ее старшая сестра находится в Казани на месте. Девочку считали пропавшей без вести и делали о ней заявление в газетах, но безуспешно. Спрошенная об этом, девочка созналась во всем, объяснив свою ложь боязнью за своевольное оставление места, на которое ее определила сестра. Девочка послана к матери и вернулась в приют вместе с нею. Мать просила принять дочь под свое покровительство, обучить грамоте и шитью, так как дома она жить не хочет. В настоящее время обучается в приюте и мастерской. Малоспособна, непривычна к труду, добродушна.
⚡
А. В., казанская мещанка, 11 лет. Пришла в бюро при Обществе записаться на место. Была опрошена дамой-членом: выяснилось, что она живет совсем одна, так как мать живет в услужении с младшей дочерью, а отец бросил семью. 10 марта помещена в приют, где обучалась грамоте и помогала в домашних работах, выказывая большую расторопность, усердие и смышленость. В апреле 1901 года помещена на место к 3-х летнему ребенку. Хозяева довольны ею; посещает приют.
⚡
А. Х., крестьянка Пермской губернии, 32 года. Без родителей осталась в 3 года; была определена в екатеринбургский приют, в котором оставалась до 16 лет. По выходе из приюта 4 года прослужила в интеллигентной семье в качестве бонны и домашней швеи. Изучила акушерское искусство и поступила сестрой милосердия в дифтеритное отделение больницы, а затем в земство - акушеркой и оспопрививательницей. Сопровождая больную, приехала в Казань. Алкоголичка; пьяная отморозила себе руки и ноги. Из больницы, в виду состояния крайности, принята в приют. В течение месяца пребывания в приюте удалось несколько раз убегать и напиваться. Трезвая отличается усердием к работе и хорошим поведением. В январе 1901 года помещена, на средства земства, в Окружную больницу для душевно-больных на излечение от дипсомании. Выписалась в апреле, опять начала пьянствовать. По ее просьбе снова помещена в Окружную лечебницу 18 мая, откуда была выписана в конце месяца своими знакомыми и уехала на родину. Осенью прислала два письма из Санкт-Петербурга, где устроилась в должности акушерки при Елизаветинской общине. С ее слов, излечилась от алкоголизма.
⚡
А. Г., мещанка Пермской губернии, 50 лет, вдова, имеет сына, которого приехала определять в юнкерское училище в Казани, так как получала до 1900 года денежную помощь от господ, у которых служил ее муж; но затем помощь прекратилась. Не имея средств к жизни, записалась в бюро Общества и просила определить ее временно в приют, что и было исполнено в феврале. К труду не привыкла, тяготится всякою работою. В приюте училась шить на машине. Была посылаема в много мест, но безуспешно. Наконец, в июле поступила кассиршей в магазин на 15 рублей. В это же время получила от родных 50 рублей. Живя в приюте, постоянно высказывала недовольство порядками, осуждала действия членов и смущала других призреваемых. В виду этого осенью ей отказано в повторном помещении в приют.
⚡
А. Д., дворянка Уфимской губернии, девица, 36 лет.* Служила в Москве при Александровской общине сестрой милосердия и при земской больнице в Воронеже. В 1892-94 годах была на разных эпидемиях. Всего на службе находится 10 лет. Приехала в Казань, надеясь устроится при общине, но не захотела снова быть испытуемой, прослужив уже много лет сестрой, а потому послала все свои бумаги в Уфимскую общину и, в ожидании ответа, жила в номерах, истратив последние деньги. Узнав назначение и цель данного приюта, просила поместить ее временно, до получения места, так как ей решительно нечем было жить и все вещи были заложены. В приют помещена 16 июня. Поведения безукоризненного, старалась быть по возможности полезной, оказывала на призреваемых хорошее влияние. 18 июля выехала в Уфу, получив место в общине, где вскоре была назначена на должность старшей сестры милосердия.
*возможно, под этой записью указана
Добринская А.Я., прикомандированная в Уфимскую общину сестер милосердия из Московско-Александринской общины в 1900 году.
⚡
Д. К., крестьянка Казанской губернии, 18 лет. Круглая сирота с 9 лет. Жила в услужении; на 16 году пошла на содержание к чиновнику. Впоследствии занималась проституцией, жила некоторое время в доме терпимости; была больна оспой. В приюте оставалась около месяца; в 2 недели выучилась грамоте, отличалась трудолюбием и скромностью, определена в услужение. При перемене места временно возвращалась в приют.
⚡
З. Г., 12 лет. Отец немец, солдат, мать русская, с мужем не живет около 3 лет, ходит на завод Вараксина мыть бутылки; есть младшая сестра в Ольгинском приюте. Мать сама привела ее в приют, уверяя, что она уже впала в разврат и совершенно отбилась от рук, грозила бросить ее совсем, если общество не примет ее под свое покровительство. Девочка принята 25 апреля. При содействии акушерки удалось вполне восстановить ее репутацию, да и сам здоровый внешний вид девочки заставляет усомниться в обвинении ее матери. Оставаясь дома без присмотра, она не привыкла к труду, неохотно берется за дело, но понемногу приучается. Обнаружила любовь к грамоте и хорошие способности, внимательна. Учится шить в мастерской приюта.
⚡
И.В. и М.В., крестьянки Вятской губернии, мать и дочь, 43 года и 17 лет соответственно. Мать слабоумная, на вопросы отвечает путанно, с мужем не живет, потому что он пьет и бьет ее. Несколько раз определялась в услужение, но оказывалась мало способной к каким-либо работам. Предложено ходатайствовать о помещении в убежище для неизлечимо больных. Дочь - от пьяницы отца, который постоянно бил девочку. В 15 лет ушла в Казань, где поступила в прислуги. Обольщена хозяином-чиновником; когда об этом узнала хозяйка, то прогнала ее. Искала места; на Черном озере "барыней" была нанята в горничные. Новая хозяйка оказалась содержательницей дома терпимости. Прожив 6 месяцев, исключилась. Нанялась прачкой, заболела [вследствие чего потеряла работу]; выписавшись из больницы, ушла в дом терпимости. После 2,5 месяцев вторичного пребывания в притоне, обратилась в общество защиты. В приюте оставалась 2 недели; определена на место, которое скоро оставила, жалуясь на хозяйских сыновей. Определена в типографию для обучения наборному искусству, откуда вышла через 2 месяца по независящим обстоятельства. Определялась на несколько мест, но не уживалась; остается в приюте, работая поденно на заводе Алафузова. Часто ссорилась со всеми в приюте; подговорила двух призреваемых и свою мать поселиться на квартире, мать по своему слабоумию, не посмела ослушаться дочери. Обе покинули приют 7 октября 1901 года. Впоследствии обеим было отказано в повторном помещении в приют.
⚡
К. Ч., 28 лет, саратовская мещанка, грамотная, замужем за столяром. Муж пьяница, дурно обращался с ней, бил ее так, что после 2 месяцев совместной жизни она ушла от него и поступила на место. Но так как он требовал, чтобы она вернулась к нему, она уехала в Пермь, где служила, пока ее не задержали без документа. Затем приехала в Казань искать заработка, но не могла поступить на место по неимению документа Обратилась в Общество с просьбой выхлопотать ей отдельный вид на жительство. Помещена в приют 13 августа. Тиха, услужлива, работяща, знает разные рукоделия. Страдала экземой полости носа и для излечения ходила в земскую больницу. Желает получить место сиделки.
⚡
М. Л., крестьянка Казанской губернии, 15 лет. Незаконнорожденная. Мать пьяница умерла, когда девочке было 6 лет. По смерти матери нищенствовала; получила приют в убежище для бедных и больных детей (в Плетенях). Оттуда была отдана к прачке, от которой терпела жестокое обращение; дело доходило до суда. От побоев девочка осталась на одно ухо глуха. Проституцией стала заниматься с 12 лет, причем в документе сама прибавила два лишних года. Долго была больна сифилисом. В приют пришла беременная на 5 месяце. Определена в услужение; с места снова уходила в притон. Возвратилась в приют с полуторамесячным ребенком. С ним обращается дурно; ребенок - сифилитик, крайне болезненный. С его рождением она изменилась к худшему: стала груба, ленива. 8 февраля 1901 года ушла из приюта с ребенком, который вскоре умер, а она вернулась к прежней жизни.
⚡
А. П., крестьянка Владимирской губернии, 21 год. Круглая сирота. Возвращалась на родину из Сарапула, куда провожала тетку. Доехала с последним пароходом только до Казани; здесь должна была зазимовать с двумя рублями денег. Поступила в прачки; не имея теплой одежды, простудилась, захворала тифом; поправившись, снова взялась за прачешное дело и на заработанные деньги купила теплый жакет и необходимое носильное платье. Желая поступить в горничные, справлялась о месте. Какой-то прилично одетой женщиной, обещавшей указать хорошее место, заведена в дом разврата. Отсюда ей удалось убежать без паспорта и без теплой одежды, так как то и другое удерживала хозяйка. Полураздетая, в трескучий мороз, оказалась в таком безвыходном положении, что вынуждена была возвратиться в дом терпимости, где пробыла около 7 месяцев. Узнав от подруги о существовании приюта Общества, пришла и, немного оправившись, поступила на место. Послушна, способна, старательна. Хозяева довольны; навещает приют.
⚡
Ф., татарка, крестьянка Казанской губернии, 12 лет (в документе прибавлено). Проституцией занимается с 11 лет. Есть мать, которая сама посылает ее в притон. В приют прислана через частного пристава. В приюте все время просилась назад в притон, говоря, что больше нигде жить не хочет. Увещевания со стороны приглашенных татар не имели влияния. На ласки отвечает бранью. Неграмотная, татарских молитв не знает. Оставалась в приюте 2 недели; взята татарами на попечение.
⚡
М. А., крестьянка Казанской губернии, 16 лет. Родители живы, среднего достатка, две сестры живут в Казани: одна служит, другая замужем, но с мужем живет плохо, гуляет со всеми. Призреваемая жила на месте, но сестра взяла ее и увезла на ярмарку в Нижний Новгород; там стала склонять ее к распутной жизни. Когда же девушка не соглашалась, сестра стала грозить выгнать ее дома и уехать из Нижнего. При таком безвыходном положении, в чужом городе, девушка уступила, но вскоре стала хворать женской болезнью и большую часть лежала. По возвращении в Казань, несмотря на ее просьбы и слезы, сестра не пускала ее домой, прятала паспорт, запугивала и принуждала гулять, требуя с нее в месяц 15 рублей на содержание. На улице познакомилась с молодым человеком, который, видя ее молодость и желание оставить подобную жизнь, обратился в Общество с просьбой помочь девушке. На предложение немедленно поступить в приют, девушка колебалась, потому что слышала от сестры, что из приюта никого не выпускают на свободу. Несколько раз приходила в приют, расспрашивала о жизни в нем, но видимо побоялась попасть в еще худшие условия. Наконец, решилась и просила взять ее от сестры немедленно. Члены общества, приехав за ней, нашли вместе с ней и другую девушку, М. Х., которая также пожелала оставить порочную жизнь, и 27 октября они обе были помещены в приют и записаны в бюро на приискание места. Несмотря на крайнюю молодость, призреваемая знает все домашние работы, услужлива, вежлива, ласкова с детьми, умеет шить, в приюте начала учиться грамоте. Здоровье ее надорвано, и 15 ноября она помещена в земскую больницу, откуда выписана через месяц. Усердно и хорошо работает в швейной мастерской.
⚡
Р. К., 43 года, дочь чиновника, состоит на службе в земстве 16 лет в должности сельской учительницы. В последнее время служила помощницей учительницы в Златоусте, захворала воспалением легких и, оправившись от болезни, задумала перейти на службу в Оренбург, чтобы быть ближе к родным. Оставив службу, приехала в Казань, откуда подала прошение в Оренбург и ожидала ответа. Истратила все свои деньги, заложила вещи и была не в состоянии платить за квартиру. Просила разрешения жить при чайной общества трезвости. Принята в приют 28 октября. С первого же дня стала поржать всех странностью своего поведения: ночью не спала, бродила по комнатам, будила всех, бранилась, что ей мешают спать, умышленно замышляют против нее. С призреваемыми вела циничные беседы. От пищи отказывалась и ела только тюрю и картофель, сваренный ею самою. На призреваемых наводила страх, особенно ночью, когда подкрадывалась к спящим. Врачи земской больницы нашли ее психически больной и предложили полечиться, на что она согласилась и 15 ноября была помещена в Окружную лечебницу. Члены Общества ищут ее родных.
О Казанском приюте несчастных женщинОсенью 1899 года в Казани был утвержден устав Общества защиты несчастных женщин; 23 января 1900 года состоялось первое заседание. Первым председателем правления стал А.Т. Соловьев.
На январском собрании было предложено организовать приют для женщин, решивших бросить "позорное ремесло", а также для тех, кому нужна была помощь. Помещение для него безвозмездно предоставило общество трезвости на Подлужной улице. Собрание от 6 февраля 1900 года одобрило открытие приюта и ассигновало на его содержание 300 рублей. Заведующей приютом была избрана Л.А. Радзиминская, а на время ее отсутствия - А.А. Горбунова. Официально приют был открыт 23 апреля, но его деятельность началась раньше, сразу после февральского собрания. Осенью того же года приют был переведен в Адмиралтейскую слободу, в помещение, уступленное В.Е. Григорьевой.
Изначально, согласно правилам в него принимались девушки и женщины, не имеющие детей и не беременные. Однако затем правила изменили, и с декабря 1900 года в приют стали принимать всех женщин с детьми и в положении, за исключением больных, чтобы избежать возникновения неблагоприятной эпидемиологической обстановки, и неспособных физически к труду (они направлялись в другие заведения).
Одновременно с приютом Общество защиты несчастных женщин учредило бюро, в котором были организованы юридические консультации для женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию, а также предоставлялась информация о вакантных местах для трудоустройства. Первым заведующим бюро стал С.А. Гисси, затем бюро руководила комиссия из трех членов - А.Г. Бать, М.М. Хомякова и В.К. Никольского. Попечительницами стали В.В. Хомякова и Н.Ф. Овсянникова.
💡Общество защиты несчастных женщин также сотрудничало с врачебно-полицейским комитетом, который сообщал данные о женщинах, решивших записаться в проститутки. С ними, перед получением позорного билета, проводились профилактические беседы - вместо притона они могли выбрать приют и впоследствии устроиться на работу. Кроме того, Общество настояло на том, чтобы в дома терпимости не принимались девушки моложе 21 года без разрешения родителей. Врачебно-полицейский комитет стал требовать от несовершеннолетних девушек, желавших перейти в категорию проституток, письменное разрешение от родителей.
Общество защиты несчастных женщин вело активную деятельность: в первый год существования в него вступили 115 членов (3 почетных, 101 действительный и 11 соревнователей), которые внесли членские взносы и пожертвования, а также участвовали в собраниях и заседаниях с предложениями по развитию. Всего за этот год члены общества ходатайствовали о помощи 47 женщинам, 35 из них было принято в приют; остальные были пристроены на рабочие места или направлены в другие благотворительные заведения.
Источник: Отчеты о деятельности Общества защиты несчастных женщин в Казани за 1900-1901 годы.
Фото на обложке представлено для иллюстрации и не является частью содержания статьи. Девочка-нищенка. 1900-1917 гг. Музей Москвы.
